Преступление на волыни

Волынская резня — преступление ОУН

Что скрывается за формулировкой «этническая чистка с элементами геноцида»? Судите сами.

Перед тем как начать спор, чем была Волынская резня, и, с какой стати польский Сейм снова вспомнил о ней, просто посмотрите на эти фотографии. На трупы зарезанных и расстрелянных женщин. Несмотря на то что фотоаппаратов в 1943 году было немного, снимков убитых в результате этнических чисток, которые провели бандеровцы на Волыни, уцелело достаточно. Спросите себя: вы бы убивали соседа только за то, что он говорит по-польски? Ради Украины, убивали бы? Женщине вспороли бы живот? Младенца, который ни по-польски, ни по-украински еще не говорит, но, по вашему мнению, наверняка уже ПОЛЯКА, головкой о колодезный сруб шмякнули бы, так, чтобы мозг брызнул?

Пусть задаст себе этот же вопрос Тягныбок, Ирина Фарион и каждый из тех, кто называют себя сегодня последователями Бандеры или просто орет: «Бандера прийде, порядок наведе!». Не нужно теоретизировать и подменять реальность схемами. Формулировки: «геноцид» или «этническая чистка с элементами геноцида» ничего не означают. Вы лучше представьте себя одним из тех, кто на рассвете окружает польское село, выгоняет людей на улицу, забирает из дома лучшие вещи, а потом, без различия возраста и пола, снова загоняет их в дома и поджигает. Вы бы это делали? А если бы делали, то по доброй воле или просто выполняя приказ? Скажите честно, вам бы все это доставило удовольствие? И потом, через много лет, вы все это вспоминали бы как подвиг и рассказывали бы со всеми физиологическими подробностями внукам?

Перед тем как засесть за эту статью, я спросил себя: стоит ли публиковать снимки, которые мне самому не доставляют удовольствия? И ответил, что не публиковать их нельзя! Как же иначе показать весь ужас того, что скрывается за словами «этническая чистка»? Надо публиковать. Пусть видят. Пусть даже те, кто сегодня прославляют бандеровцев, знают все и не отговариваются, что их не предупреждали. Прятать прошлое, даже самое ужасное, преступно. Ведь тогда оно имеет все шансы повториться снова. Особенно в такой стране, как Украина, где не разберешь, кто лях, а кто москаль — начни резать, наверняка, себе же брюхо вспороть придется. Ведь каждого нашего «националиста» только копни — под выкрашенной в цвет государственного флага шкурой такой экзотический скелет обнаружишь, что только диву дашься!

Советую на досуге почитать книгу Виктора Полищука «Гірка правда». Ее автор — украинец, по отцу, и поляк, по матери, родившийся на Волыни, собрал десятки свидетельств того, что теперь объединено под название «Волынская резня».

Вот только некоторые из них: «Жили ми в польському селі Чайків, пов. Сарни. В червні або липні 1943 року з боку українських сіл над’їхали перед обідом бандерівці на конях, від села Хіноча. Оточували будинки, підпалювали їх, а тих, хто з них утікав, убивали сокирами, багнетами. Так вимордували шість родин, а їхні будинки спалили. Повбивали з родини Романовських, Мандрих, Якимовича, Гродовських і ще двох».

Еще свидетельства: «На село Дубовицю бандерівці напали 6 квітня 1943 р. о годині 11-тій. Батькам Юзефа Москаля казали виносити з хати цінні речі, потім увіпхнули їх назад у хату й підпалили її. Ошкробу застрілили коло Млинівки. Жінка Ошкроби ховалася у підвалі з дочкою і внуками, то вкинули туди гранату».

И еще: «Село Миколаївка, парафія Корець, на Волині. Напад бандерівців мав місце 29.04.1943 р. вдосвіта. Бандерівці, що верталися з Кобильні, напали на польські родини Брухлівських і Загадлів. Бандерівці увійшли до нашої хати й почали мордувати, колячи багнетами. Принесли солому й подпалили. Мене теж пробило багнетом і я знепритомнів, падаючи на тітку. Коли полум’я добралося до мене, я опам’ятався, вискочив крізь вікно. Бандерівців уже не було. Мій стогін почув сусід, українець Спиридон, він заніс мене до іншого українця — Безухи, котрий кіньми завіз мене до Корця до госпиталя».

Как видите, отнюдь не все хотели убивать соседей-поляков. Были и другие украинцы. Так сказать, невосприимчивые к оуновской идеологии. Зато можете представить моральный облик тех, кто убивал: «У вівторок, 14 липня 1943 р. у селі Сілець, повіт Володимир-Волинський, українці вбили двоє старших людей — Юзефа Вітовського і його жінку Стефанію. Їх застрілили у власній хаті, яку потім підпалили… Після полудня того ж дня сокирами вбили двоє старших людей Міхаловичів і їхню 7-річну внучку, старше подружжя Гроновичів і господиню ксьондза на ім’я Софія. У вбивствах брав участь Іван Шостачук, котрий до війни був у польському війську капралем і змінив тоді віровизнання на римсько-католицьке. Його молодший брат Владислав, православний, остеріг родину Морелевських (батька й чотири дочки) і родину Міхалковичів (батька і дві дочки) і через це вони врятувалися».

Так ведь чаще всего и бывает: два брата.Один до войны «приспособился» и во время службы в польской армии стал католиком. Чтобы быть на стороне «панівної ідеології». А потом, когда Польша пала, спокойно резал поляков. Другой — остался православным. И поляков спасал. По-христиански. Ведь самые страшные всегда именно перевертыши. Сегодня он (она) коммунист (-ка). Завтра — уже националист или националистка. Рвет партбилет. Выжигает то, чему вчера поклонялось. И больше всего хочет, чтобы все забыли, каким оно было. Как будто можно уничтожить всех очевидцев и убить память.

Число жертв Волынской резни чаще всего определяют в 60 тысяч человек. Столько было уничтожено за весну, лето и осень 1943 года. Численность поляков на Волыни не превышала 15 процентов. Большинство из них жило в этих местах столетиями. Польские села. Польско-украинские села. Смешанные украинско-польские и польско-украинские семьи.

Национальность чаще всего определяли по религии. Перед тем как венчаться, молодые решали: идти в православную церковь или в костел. Если брак заключали в церкви, смешанная польско-украинская семья становилась украинской. Если в костеле — польской. И католики, и православные до начала Второй мировой войны жили, в общем-то, мирно между собой. Вряд ли, им самим пришла бы в голову идея сводить друг с другом счеты.

Часто пишут, что обстановку на Волыни накалила переселенческая политика Второй Речи Посполитой. В промежутке между 1920-м и 1939-м Польша нарезала на Волыни наделы так называемым «осадникам» — ветеранам войн за возрождение Польши 1918—1920 гг. При этом забывают, что десятки тысяч «осадников» были депортированы с Волыни советской властью в 1939—1941 гг. Большевики вывозили их в Сибирь и Казахстан и этим парадоксальным образом спасли от Волынской резни. От рук бандеровцев пострадали, прежде всего, местные поляки, чьи предки жили тут в XVIII и XIX веках.

Человеконенавистническая идеология, которая стала причиной Волынской резни, была импортирована из Галичины вместе с эмиссарами ОУН (Б). В кровавой этнической чистке виновата даже не вся ОУН, а только ее радикальное, бандеровское крыло — то, что раскололо эту организацию накануне Великой Отечественной войны.

Известны и непосредственные организаторы Волынской резни. Прежде всего, это глава Службы безопасности ОУН (Б) Николай Лебедь. В мемуарах первого командующего УПА Тараса Бульбы-Боровца есть описание того, как все начиналось. Весной 1943 года ОУН (Б) еще не контролировала Украинскую Повстанческую армию, которую создал Бульба-Боровец. В подчинении бандеровцев находились только так называемые Военные Отделы ОУН.

В первых числах марта некий поручик Сонар привез Бульбе-Боровцу от Николая Лебедя предложение об объединении. Главными условиями ОУН (Б) были: «Не визнавати політичної підлеглості УНР (Урядові Української Народної Республіки на еміграції), а підпорядкувати всю військову дію УПА політичній лінії Проводу ОУН-Бандери». А также: «Очистити всю повстанську територію від польського населення, яке всюди шкодить українській справі».

Когда Бульба-Боровец отказался от этих предложений, бандеровцы устроили налет на его штаб. Атаман с трудом спасся. Его жена была убита. Контроль над УПА перешел к ОУН (Б), а ее новым командующим стал ярый полонофоб Роман Шухевич. Группировку же УПА на Волыни с этого момента возглавил человек с партийным псевдонимом Клим Савур — уроженец городка Збараж на Тернопольщине и бывший студент Львовского университета Дмитрий Клячковский. Непосредственное исполнение плана ОУН Бандеры по массовому истреблению польского населения Волыни лежит на его совести.

Чтобы ни у кого не возникало поползновений называть этих людей героями, я позволю еще одну цитату из книги Виктора Полищука. Он пишет: «Влітку 1943 р. моя, по матері, тітка Анастасія Вітковська пішла з сусідкою українкою вдень до розташованого за три кілометри від м. Дубна села Тараканів. Розмовляли польською мовою, бо тітка, жінка неграмотна, родом з Люблінщини, не зуміла навчитися української. Пішли вони, щоб поміняти дещо на хліб, бо в тітки — шестеро дітей. Ніколи ні вона, ні дядько Антон Вітковський, теж людина зовсім неграмотна, не тільки не мішалися до будь-якої політики, але й не мали про неї жодної уяви. І її, а також сусідку українку, вбили бандерівці з УПА чи Самооборонних Кущових Відділів тільки за те, що вони розмовляли по-польські. Вбили по-звірськи, сокирами, й вкинули у придорожній рів».

По моему мнению, Господь просто не мог дать победы такой «армии», которой стала УПА, попав под контроль ОУН Бандеры. Уничтожение безоружных детей и женщин стало первородным грехом этих формирований. Превращая все, куда ступали, в ад, они просто не могли овладеть, точнее, изнасиловать всю Украину. Показателен конец самого Дмитрия Клячковского. Замечательный специалист по карательным операциям оказался никудышним бойцом. Его подстрелил 12 февраля 1945 года во время боя в лесу возле хутора Оржев старший сержант Красной Армии Демиденко — уроженец Донбасса и тоже украинец. Это произошло на Ровенщине — в тех самых местах, где происходили двумя годами ранее бесчисленные Варфоломеевские ночи. Организатор Волынской резни понес заслуженное наказание. От украинской руки.

ДМИТРИЙ ВЕДЕНЕЕВ, ДОКТОР ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК: У ЭКС-ПРЕЗИДЕНТА ПОЛЬШИ НА ВОЛЫНИ ПОГИБЛО 40 РОДСТВЕННИКОВ

Дмитрий ВеденеевКвасневским. Кстати, супруга президента Квасневского Иоланта потеряла около сорока родственников во время Волынской резни. Тем не менее именно президент Квасневский продемонстрировал добрую волю в отношении этого больного вопроса. Однако за последние десять лет, особенно в период 2005—2010 гг., с его попытками положить воспевание украинского националистического движения в основу государственной идеологии Украины в Польше атмосфера вокруг Волынской трагедии заметно радикализировалась.

Нынешняя резолюция Польского сейма «этническая чистка с элементами геноцида» — это своего рода компромисс между национально-радикальными политическими силами Польши, прежде всего, Крестьянской партией и более умеренным крылом, пытающимся смягчить формулировки ради добрососедских отношений с Украиной.

Кроме того, в Польше с 1990-х годов активно заявил о себе так называемый «кресовый рух». То есть ультрапатриотические организации, которые выступают за возвращение Польше земель Западной Украины, Белоруссии, Литвы, а некоторые из них даже выдвигают лозунги возобновления границ образца 1772 года по Днепру. При поддержке и частичном финансировании государства создан фонд помощи полякам на Востоке. Его представители ведут реестр собственности, которую утратили поляки после 1945 года. В марте этого года Сейм Польши даже создал рабочую группу по вопросам «восточных крессов». Так упорно в Польше именуют земли Западной Украины и Западной Белоруссии. Таким образом, Сейм сделал серьезный реверанс в сторону националистических и шовинистических организаций, которые неприкрыто выдвигают территориальные претензии к Украине. Но само Польское государство как член НАТО и ЕС подобные претензии не выдвигает.

topwar.ru

Историк Каревин: Волынская резня – это преступление против человечности

Однако историческое примирение возможно только на основе правды. Об этом сказал известный украинский историк Александр Каревин в интервью изданию Украина.Ру. А правда, по его словам, состоит в том, что на Волыни в 1943-1944 годах происходили именно этнические чистки.

— Вопрос о Волынской резне постоянно становится камнем преткновения в украино-польских отношениях. Договорятся ли когда-нибудь и политики, и историки о том, чтобы сдать это в архив?

В принципе, договорится, конечно, можно. Для этого надо просто признать то, что было. Если это было преступление, и это правда — значит, нужно так и говорить, нужно так и признать. Можно договориться только через признание правды.

Если в данном случае украинская власть на это пойдет, в чем я не уверен — я говорю о нынешней власти — значит, можно будет договориться. Но я очень сомневаюсь в том, что украинская власть признает правдивую историю, потому что эта правдивая история просто не выгодна. Поэтому у меня большие сомнения в том, что договорятся.

Хотя, с другой стороны, поляки могут пойти и на попятную. Они, скажем так, очень гибкие в этом вопросе, готовы на время закрыть глаза кое на что… В таком случае, конечно, тоже возможны какие-то временные компромиссы, но это — ненадолго.

— С вашей точки зрения как историка, все-таки — как можно определить Волынскую резню?

— Это действительно были этнические чистки. Это однозначно, тут и говорить не о чем. Это были этнические чистки. Это было преступление против человечности — и это, безусловно, надо осуждать.

— Значит, историки знают, что это было, но политики в силу каких-то своих соображений к правде не обращаются?

Отметим, что президент Украины Пётр Порошенко прибыл в воскресенье 8 июля в польское село Сахрынь в Люблинском воеводстве на церемонию открытия мемориала памяти украинцев, погибших от рук польских «сельских батальонов» и подразделений Армии Крайовой в 1944 году». Порошенко высказался против «односторонних политических оценок совместного исторического прошлого» Украины и Польши, поскольку, по его словам, они не содействуют процессу исторического примирения двух стран.

Позднее украинский президент возложил цветы к памятнику жертвам конфликта в селе Гончий Брод Ковельского района Волынской области. После церемонии Порошенко отметил, что «Украина и Польша должны быть дружественными, чтобы не победила третья сторона, которая только этого и ждёт».

Самым болезненным вопросом украинско-польских отношений остаются разногласия о трактовке событий Волынской резни 1943-1944 годов, когда от рук украинских националистов погибли, по разным оценкам, от 30 000 до 100 000 этнических поляков. 22 июля 2016 года Сейм принял резолюцию, согласно которой эти события признаны геноцидом. Киев категорически не согласен с такой трактовкой.


ukraina.ru

Страшная ТРАГЕДИЯ ВОЛЫНИ ( ФОТО) 18+

…К приходящейся на 11 июля 70-й годовщине Волынской резни в Сейме Польши подготовлен проект резолюции, квалифицирующей массовые зверства и убийства поляков украинскими бандитами из УПА как «геноцид». Однако правящая «Гражданская платформа» намеревается исключить это определение из текста. Проще говоря, официальная Варшава стремится замолчать и перекрутить историческую правду в угоду политической конъюнктуре – дабы не испортить игру перед Вильнюсским саммитом «Восточного партнерства» и не создать помех втягиванию Украины в свою сферу влияния под предлогом «вхождения в Европу». Этой статьей в двух частях мы попытаемся ответить на вопрос: почему сегодня грошовые политиканы пренебрегают памятью многих десятков тысяч поляков – жертв украинских фашистов.

* * *
Волынская трагедия» – это пик массовых убийств польского населения Западной Украины бандеровцами в июле 1943 года. Спланированный характер акции подтверждается многочисленными документами, включая немецкие. Однако заметим, что у польского населения был шанс спасти свои жизни! Первоначально ОУН/УПА стремились принудить поляков покинуть «этнические земли Украины» с помощью «просто террора», без массовых убийств. Официоз бандеровцев «До зброи» писал в июльском номере за 1943 год: «Пусть идут строить Польшу на польские коренные земли, так как здесь могут лишь ускорить свою позорную смерть».

Однако местное польское население получило приказ руководства Армии Крайовой, подчинявшейся лондонскому правительству, – не слушать украинцев! Иначе возрожденная в границах 1939 года Польша потеряет Волынь! Именно этот приказ обрек тысячи поляков, подчинившихся ему, на страшную смерть от националистического зверья.

Отдававшие этот приказ польские лидеры прекрасно знали о вероятных последствиях, так как систематическое уничтожение польского населения украинскими националистами началось на Украине с первых дней нацистской оккупации. Уже 30 июня 1941 года заместитель Бандеры Ярослав Стецько и прочие, провозгласив в «столице Галичины» создание «независимого украинского государства», сопроводили его массовой резней польского и еврейского населения Львова.

От учиненных украинскими «союзниками» зверств оторопели даже гитлеровцы, решившие поставить на место проявивших кровавую инициативу холуев, отправив самых ретивых в концлагерь. Однако в последующем препятствовать процессу взаимоуничтожения славянских «недочеловеков» не стали. 14 октября 1942 года ОУН Бандеры провозгласило создание УПА (Украинской повстанческой армии), и с этого момента началось систематическое уничтожение польского населения Волыни (продолжавшееся вплоть до занятия этих территорий Красной армией в 1944 году).

Польское руководство прекрасно знало, насколько «вменяемы» оуновцы. Официальных курьеров лондонского правительства и командования АК, делегированных в 1942 года на переговоры с руководством УПА о совместной борьбе с Германией, бандеровцы не просто расстреляли, а разорвали живьем лошадьми. И все равно «лондонцы» и «аковцы» постоянно приказывали полякам не слушать угроз украинцев!

Тем временем операция ОУН/УПА по «деполонизации края» стала охватывать всю территорию вдоль границы довоенной (сентябрь 1939 года) Польши: к марту 1943 года – Сарненский, Костопольский, Ровенский, Здолбуновский уезды, в июне – Дубненский и Луцкий уезды, в июле – Гороховский, Ковельский, Владимирский, в августе – Люблинский (самый западный)…

Первоначально украинцы намеревались просто «выдавить» польское население на запад. Операция, по данным польских историков, обычно начиналась с ультимативного требования к полякам – немедленно, в течение 48 часов, покинуть родные места и выехать за Буг. Но, как правило, польское население украинским ультиматумам не подчинялось, памятуя о приказе своих властей из Лондона и рассчитывая на поддержку местных отрядов АК. Те, в свою очередь, рассчитывали, что карательные акции украинцев лишь пополнят их ряды пострадавшими поляками…

Тогда отряды УПА, мобилизовав подонков-соотечественников обоих полов из близлежащих украинских селений (дезертиров, родню полицаев и прочих), окружали польские села и хутора. Со звериной жестокостью убивали жителей, сжигали дома, церкви, сады, посевы. Уничтожали все, что поддавалось огню – дабы лишить поляков надежды на возвращение на пугающие пепелища пустырей.

Зачастую не производили ни одного выстрела! Просто вырезали все население – от грудных младенцев до стариков – косами, топорами и ножами. Воспоминания чудом выживших людей содержат многочисленные свидетельства вырывания языков, выкалываний глаз, забиваний гвоздей в голову, выпарывания плодов у беременных женщин, четвертований, кошмарных надругательств над трупами и утонченно садистских пыток…

Только с июля по август 1943 года, по разным оценкам, было зверски уничтожено от 35 до 85 тысяч человек. В основном – детей, женщин и стариков (цифры сильно расходятся, так как зачастую в них включают часть жертв предыдущих и последующих месяцев). Бандеровцы не щадили никого. Заодно с поляками убивали всех русских, чехов, евреев, армян…


Примечательный факт: немецкое командование не отправляло на эти акции своих соотечественников, боясь за их психику. Участие принимали исключительно украинские бандеровцы – подонки из галицийского фашистского движения.

А руководство Армии Крайовой тем временем слало своим соотечественникам приказы: села и веси края не покидать – это польская земля! По цинизму их можно сравнить лишь с заявлениями некоторых современных польских деятелей вроде Ричарда Шавловского. Признавая, что, «хотя Волынская резня была наиболее жестокой: тотально уничтожались все поляки – от младенцев до стариков, при этом использовались самые изощренные и нечеловеческие пытки», эти деятели уверяют, что в геноциде виновны немецкие нацисты и… советский режим! Тот самый, чья армия остановила систематическое уничтожение польского населения и чьи партизаны (иногда плечом к плечу с бойцами АК) защищали польские села на Западной Украине.

Армия Крайова, вопреки противоречивым приказам собственного командования, провела ряд операций «возмездия», включая так называемые «слепые», когда в отместку уничтожали невиновных крестьян лишь за то, что они украинцы. Наибольшей жестокостью выделилась акция львовского подразделения АК по диверсиям в апреле 1944 года. Проведенная в рамках начатого месяцем ранее польского наступления, согласованного с операциями 27-й Волынской дивизии АК за Бугом. В рамках только этой акции, сопровождавшейся массовыми поджогами украинских сел, жертвы гражданского населения достигли, по некоторым данным, нескольких тысяч человек. Всего число украинцев, уничтоженных в отместку за действия УПА, колеблется от 10 до 20 тысяч, плюс убийства украинцев в районе Грубешова на территории Польши.

Украинцев убивали не только «аковцы», но и уцелевшие во время Волынской резни поляки, специально для этого вступавшие в формирования полицаев и жандармерии. Сегодня ведущие польские издания и авторы вроде Рафала Земкевича объясняют это тем, что «у людей, которые потеряли всех своих родных, погибших мучительной смертью, порой просыпалась безумная жажда мести. Немало было поляков, которые для ее совершения вступали в ряды немецких формирований, чтобы принять участие в уничтожении украинского населения. Убийства украинцев совершали и отряды подпольной Польши. Однако масштаб таких событий был несравнимо меньшим, чем хладнокровно запланированный и систематически проводившийся геноцид ОУН-УПА в июле 1943 года, когда интенсивность террора достигла пика, ее истребительные отряды появились более чем в 500 населенных пунктах».

Польские политики пытаются играть с исторической правдой и получать дивиденды даже с трагедии собственного народа. Они замалчивают вину своих предшественников за кровавую бойню на Волыни, лежащую на лондонском правительстве, которое не имело никакой возможности остановить подонков из ОУН/УПА, но все равно приказало руководству Армии Крайовой препятствовать эвакуации польского гражданского населения на территорию Польши.

Большинство зверски замученных на Западной Украине людей были потомками ополяченных местных жителей юго-запада «русской» части Великого княжества Литовского, Русского и Жемайтского, отошедшего Польше по унии 1569 года. Именно поэтому у них почти нет родственников в сегодняшней Польше, способных добиваться правды и справедливости у своих двуличных правителей, стремящихся разжигать ненависть к… СССР и нынешней России, не имеющим к Волынской резне никакого отношения!


Поразительный факт: за 20 с лишним лет существования независимой Украины никто из ее лидеров публично не произнес слов покаяния за совершенные украинскими фашистами чудовищные преступления и публично не осудил практику возвеличивания ОУН/УПА в наши дни.

Однако и в Польше дело с исторической памятью обстоит не многим лучше. В 65-летнюю годовщину Волынской резни польские власти отклонили в Сейме проект постановления, подготовленный Крестьянской партией Польши и содержавший обвинение ОУН/УПА в геноциде поляков. Нечто подобное собираются сделать и в 70-летнюю годовщину, приходящуюся на 11 июля. Тогдашний президент Польши Лех Качиньский не принял участия в мероприятиях, посвященных трагической дате, ограничившись дежурным письмом участникам.

А нынешний польский президент Бронислав Коморовский и вовсе заявляет, что в волынской трагедии виновата… Советская Россия. Такое заявление – верх цинизма и двуличия, хотя бы потому, что именно советские партизаны защищали поляков от бандеровцев. «Сложно оправдать позорную уступчивость, с которой в Польше отказываются от правды, а часть элит, формирующих общественное мнение, истерически реагирует на любое упоминание об ОУН или употребление самого подходящего в данном случае слова «геноцид», – пишет центральное польское издание Rzeczpospolita. – Вместо правды мы уже не первое десятилетие имеем возмутительный спектакль, когда затыкают рты тем, у кого хорошая память, – и все это во имя превратно понятой геополитики и «примирения»… Соглашаясь на фальсификацию истории и предавая Волынскую трагедию забвению, поляки совершают то, что дважды достойно самого сурового порицания. Это позор, потому что преступление требует правдивого освещения, а примирение ничего не стоит, если основано на лжи»…

Идеолог украинского национализма Дмитро Донцов был горячим поклонником трудов Бенито Муссолини и Адольфа Гитлера, которые переводил на украинский язык и коими вдохновлялся при создании программы Организации украинских националистов (1929), вооруженным крылом которой стала созданная в 1942-м Украинская повстанческая армия (УПА). Согласно Донцову и его ученику Сциборскому, создание Великой Украины «на границе двух миров» требует полного устранения инородцев и ликвидации «расово плохих» украинцев ради «очищения» земель для «расово хороших»: «Будьте агрессорами и захватчиками, прежде чем сможете стать властителями и обладателями… Общечеловеческой правды не существует».

Сегодня последователи Донцова с таким же фанатизмом вещают о «европейском будущем» Украины.

Посетившая в 1992 году Украину польская делегация, получившая разрешение на исследования и эксгумацию в местах событий, уже тогда обнаружила свыше 600 мест массовых захоронений польских жертв украинских фашистов. Общее количество жертв (цифры колеблются в зависимости от того, какой период берется в расчет, так как убийства совершались на протяжении нескольких лет, июль 1943-го был лишь одним из пиков, когда одновременно атаковали и по большей части уничтожили вместе с населением свыше 150 польских селений) колеблется от 36.000 до 100.000 и более человек. В основном женщин, детей, стариков.

«Польские власти и значительная часть интеллектуальных элит усердно способствуют извращению памяти о Волынской трагедии, затушевывают вину идеологии, которая стоит за ней… Наши круги, формирующие общественное мнение, с большим усердием подхватывают пропагандистский тезис украинских националистов о том, что преступления имели взаимный, симметричный характер, и нет смысла измерять вину каждой из сторон. Этот тезис противоречит фактам, и так же чудовищен, как если бы некий немецкий политик обращался сегодня к евреям с такими словами: в отношениях между нашими народами бывало по-разному, вы нанесли нашей армии удар в спину во время войны и обворовывали нас во время большого кризиса, мы потом за это мстили, ну, может, чуток перебрали, но теперь уже пора забыть старые споры, пожать друг другу руки и больше к этому не возвращаться», – пишет польская Rzeczpospolita.

Обличая украинцев, польские авторы почему-то забывают о вине за случившееся и своих тогдашних правителей. Кому как не деятелям польского правительства в Лондоне было прекрасно известно: то, что нацисты называли Politische Flurbereinigung («политическая уборка дома»), началось не в 1941-м во Львове, где Роман Шухевич, Теодор Оберлендер, ОУН и СД со звериной жестокостью вырезали польских профессоров и советский актив, не в августе 1939-го, когда Абвер создал из 600 оуновцев диверсионное подразделение Bergbauernhilfe для организации антипольского восстания на Западной Украине и ее зачистки от «нежелательных элементов», и даже не в 1933-м в Германии. А гораздо раньше – в Первую мировую, когда уничтожили русофильскую интеллигенцию и крестьян Галиции и Волыни за одно лишь упорное нежелание отказаться считать себя русскими.

Нацистов тогда не было. Зато были палачи с холуйской натурой – «национально сознательные» сельские учителя, униатские попы, будущие пилсудчики. Эта публика позже командовала зондеркомандами на Восточном фронте, формированиями жандармерии на Украине. Именно там надо искать истоки того, о чем пишет Rzeczpospolita: «Тем, что отличает резню на Волыни от всех известных этнических преступлений, является невероятная жестокость преступников. Ни сталинский НКВД, ни гитлеровские Einsatzgtruppen не отличались личной жестокостью исполнителей. А резуны ОУН-УПА и других националистических объединений словно питали к ней особое пристрастие».


Вот отдельные свидетельства из сборника документов «Забытый геноцид: Волынская резня 1943-1944 годов»: Из Спецсообщения УКР «Смерш» 1-го Украинского фронта, 20 мая 1944 года. …Свидетель Яницкий С. И. о КРИЧКОВСКОМ показал: «В ночь на 18 марта украинские националисты-бандеровцы учинили массовое убийство поляков в с. Могильницы. Они под видом советских партизан, в масках, врывались в дома поляков и производили самые жестокие издевательства над ними, резали их ножами, рубили топорами детей, разбивали головы, после чего с целью скрытия своих преступлений – сжигали. В упомянутую ночь бандеровцы замучили, зарезали и расстреляли до 100 чел. советских активистов, евреев и поляков. В эту же ночь была вырезана моя семья – жена, 17-летняя дочь и сын. В мой дом ворвалось до 15 националистов, среди которых я опознал бандеровца Кричковского Иосифа Антоновича, принимавшего непосредственное участие в убийстве моей семьи».

Проверяя показания свидетеля Яницкого, в лесу около Могильницы Будзановского района в ямах обнаружили 94 трупа замученных жителей с. Могильницы, которые были убиты националистами в ночь на 18. III. 44 года. ЦА ФСБ. Ф. 100. Оп. 11. Д. 7 Л. 231-234.

Из протокола допроса заместителя командира куреня УПА «Крука» Льва Яскевича, 28 сентября 1949 года: «…Припоминаю, что только в селе Забара Шумского района нами было уничтожено 10 или 15 семейств польского населения. Сколько семейств было уничтожено в других селах, я не помню. Можно сказать и так, что население, которое не успело полностью выехать из села, оно было полностью истреблено, при истреблении населения не обращалось внимания ни на детей, ни на стариков, уничтожали всех до единого – от мала до велика…». ДА СБУ. Ф. 13. Д. 1020. Л. 214-220.


Из протокола допроса члена ОУН Владимира Горбатюка, 6 января 1945 года: «…Когда мы приехали, то там уже было около 100 человек из разных украинских сел… Часть была вооружена настоящими винтовками, а остальные кто чем, кто лопатами, кто вилами… Беззащитные поляки не могли оказать сопротивления, их били чем попало на улице, в квартире, в сарае и т. д. Лично я убил двух поляков – мужчин в возрасте от 25 до 30 лет». ДА СБУ. Ф. 13. Д. 985. Л. 130-133.

Из протокола допроса крестьянина Юхима Орлюка, 26 июля 1944 года: «…После этого, примерно через полторы-две недели, Луцюк, Недбайло, Фищук и другие собрали всех мужчин-украинцев в Овадненский лес, потом вечером привели всех в село Могильное, выстроили всех, и Луцюк сказал: «…Сейчас мы пойдем убивать всех поляков (проживающих в с. Могильное), т. к. от правительства УПА пришел приказ уничтожить всех поляков…». …Семья Тачинских состояла из 4 человек, а было убито из семьи 3 человека; семья Щуровских из скольких человек состояла – я не знаю, но примерно 7 или 8 человек, убито из их семьи было 4 человека. Поляки никакого сопротивления не оказывали… …В эту ночь было истреблено 11 польских семей, но отдельным лицам из этих семей удалось спастись бегством. Сколько всего человек было истреблено, мне не известно. …В эту ночь убивались поголовно все поляки, которые находились в селе, то есть взрослые, старики, дети и даже грудные дети.

Вопрос: Кто персонально был убит вашей группой?

Ответ: Из семьи Тачинских убита жена Тачинского Иосифа, сын 8-10 лет и грудной ребенок. Из семьи Щуровских был убит Щуровский Антоний, две взрослых дочери 18-20 лет, имен не знаю, и жена Щуровского Антония, лет примерно 50. …Мне известно, что имущество и скот поляков частично разбирались населением, а самая лучшая часть – лошади, штук 10 коров, около 10 свиней и лучшее имущество сразу же забирались бандеровцами». ДА СБУ. Ф. 13. Д. 1020. Л. 136-143. Оригинал, рукопись.

Из протокола допроса боевика УПА Владимира Дубинчука, 6 августа 1941 года: «…Когда соучастники находились около подводы, я вбежал в дом Сошинского Антона и расстрелял ребенка примерно 5 лет. В комнате было еще два ребенка, но у меня оставшийся один патрон дал осечку. После этого я вышел из квартиры и доложил об этом Лупинка Иосифу, который дал мне два патрона и распоряжение убить этих детей. Я вторично зашел в комнату и расстрелял второго ребенка возрастом примерно 2 года. В это время зашел в квартиру Лупинка Иосиф и в моем присутствии расстрелял третьего ребенка, который был возрастом примерно 6-7 лет.

После расстрела детей Сошинского Антона я вместе с бандитами возвратился в с. Свичев, и мы сразу же проехали до усадьбы гражданки Ярмолинской Маевской. Я с Лупинка Иосифом Маевскую обнаружили в соседнем доме, после чего привели на ее усадьбу, где я лично и расстрелял ее. Этот труп мы также оставили на месте и поехали к зданию сельской управы. Бандиты Лупинка Иосиф, Василий Торчило, Голумбицкий, я и одного фамилию не знаю пошли на польское кладбище. Там Лупинка и Торчило убили гражданку Добровольскую, труп которой также оставили на месте. Возвращаясь обратно, Лупинка зашел в дом священника, взял домработницу, после чего завел на соседнюю усадьбу и там же во дворе расстрелял ее». ДА СБУ. Ф. 13. Д. 1020. Л. 26-34.

Из Спецсообщения 4-го управления НКГБ СССР от 4 августа 1943 года. …Во время богослужения в костелах бандеровцами было убито 11 ксендзов и до 2 000 поляков на улицах города. ЦА ФСБ. Ф. 100. Оп. 11. Д. 7. Л. 102.

Из протокола допроса командира четы УПА Степана Редеши, 21 августа 1944 года: «…Мы окружили 5 польских сел и на протяжении ночи и следующего дня сожгли эти села и все население от мала до велика вырезали – в общей сложности более двух тысяч человек. Мой взвод принимал участие в сожжении одного большого села и прилегающего к этому селу хутора. Мы вырезали около 1000 поляков. …Многих поляков – мужчин, женщин, стариков и детей – мы бросали живыми в колодцы, затем добивали их выстрелами из огнестрельного оружия. Остальных кололи штыками, убивали топорами и расстреливали… Польские селения сжигали с таким расчетом, чтобы не оставалось следов их существования и чтобы поляки никогда не претендовали на украинские земли…». ДА СБУ. Ф. 13. Д. 1020. Л. 164-176.

Николай МАЛИШЕВСКИЙ, «Фонд стратегической культуры»

gorozhanin.dp.ua

Смотрите так же:

  • Приказы ответственных лиц по охране труда Приказ по охране труда Составление приказа по охране труда – часть процесса организации безопасного производственного процесса. Это распорядительный документ, который, как правило, пишется […]
  • Что делать с решением суда на алименты Исполнительный лист на алименты: особенности получения Исполнительный лист – это официальный документ. Он выдается судом на основании вынесенного им решения, приговора, другого судебного […]
  • Собственные полномочия субъекта Единоличный исполнительный орган юридического лица: функции и полномочия Устав ООО, образец которого считается типовым для всех организаций, содержит ключевые положения, касающиеся […]
  • Налог на капитальный ремонт жилья 2018 москва официальный сайт Плата за капитальный ремонт многоквартирного дома в 2018 году Налог, целью которого, по словам чиновников, стала оплата капремонта жилых зданий, является очередной регулярной пошлиной. […]
  • Ст 583 закона n 212-фз Ст 583 закона n 212-фз Лицам, имеющим право как на ежемесячное пособие по уходу за ребенком, так и на пособие по безработице, предоставляется право выбора получения пособия по одному из […]
  • На сколько будет повышена пенсия с 1 апреля 2018 Стоимость индивидуального пенсионного коэффициента Понятие индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) появилось в связи с проведением очередного этапа реформирования системы […]